Внимание! С 01.11.2012 г. изменился телефон нашей редакции. Новый телефон: +7 (495) 981-46-19. Офис редакции находится по прежнему адресу.

Содержание:


Главная страница
Об издательстве
Готовятся к печати
Каталог
Прайс-лист
Как приобрести
Архив
Форум
Ссылки

Язык/Language:
 Русский  Switch to English 

Контакты:


Адрес:
125015, Москва, ул.Новодмитровская, д.5А, офис 1601.
Тел./факс:
(495) 981-46-19
Тел.:
(916) 650-47-37
e-mail:
1945maks@mail.ru
magazine@front.ru

Прорыв "Миус-фронта". Июль-август 1943 года.

[ Аннотация ] --- [ Фрагмент текста ] --- [ Избранные иллюстрации ]

Аннотация

№ 3-2006 г. Прорыв "Миус-фронта". Июль-август 1943 года.
(80 страниц, 59 фото, карты, цветная вкладка)
Наступление Южного фронта на Миусе в июле-августе 1943 года, оставшееся в тени Курской дуги. Прорыв подготовленной немецкой обороны, оказавший важное влияние на развитие стратегической ситуации на всем советско-германском фронте.

[ В начало страницы ]

Фрагмент текста

...
...

Несмотря на общий неуспех первого дня наступления 28-й армии, инерция первоначального плана действий ударных группировок фронта 18 июля 1943 г. еще сохранилась. 28-я армия продолжила наступать на прежнем направлении. Наступление армии началось в 6.00, но вскоре перешло в отражение контратак противника. Однако интенсивность боевых действий значительно снизилась, что сказалось на потерях: 28-я армия потеряла 183 человека убитыми и 301 человека ранеными. Хуже обстояли дела в танковых войсках. Лето 1943 г. стало настоящим бенефисом минного оружия, как на обоих фасах Курской дуги, так и на других участках фронта. 33-я гв. танковая бригада 18 июля потеряла 5 танков сожженными, 5 - подбитыми и 6 - подорвавшимися на минах. Поддерживавший 271-ю и 320-ю стрелковые дивизии 1-й гв. тяжелый танковый полк к концу дня сохранил боеспособным только один танк. Все остальные КВ вышли из строя вследствие подрыва на минах. Все подорвавшиеся танки были эвакуированы, но в ближайшие несколько дней уже не могли принять участие в наступлении. Неудачи первых двух дней боев и резкое снижение танковой поддержки сужали возможности дальнейшего развития операции.
Столкнувшись с серьезными трудностями в наступлении южной ударной группировки, советское командование не стало упорствовать и превращать сражение в классическую позиционную "мясорубку". Было принято решение перегруппировать не только соединения эшелона развития успеха, но и дивизии 28-й армии. Армия в ночь с 18 на 19 июля производила перегруппировку с целью переноса направления главного удара на правый фланг, ближе к оси наступления 5-й ударной армии. Вместо проламывания широкой бреши двумя параллельными ударами Южный фронт перешел к расширению вклинения 5-й ударной армии. Теперь войска 28-й армии должны были наступать не с востока на запад, а на юго-запад из района Куйбышево. В свою очередь немцы продолжали стягивать с неатакованных участков фронта заранее подготовленные боевые группы. В частности из 111-й пехотной дивизии, оборонявшейся у Таганрога, прибыла полковая боевая группа, получившая по имени своего командира наименование "группа Рекнагеля". Она прибыла 18 июля и должна была с утра 19 июля вместе с частями 294-й пехотной дивизии контратаковать наступавшие южнее Куйбышево советские части. Благодаря перегруппировке 28-й армии запланированная контратака группы Рекнагеля попала в пустоту.
Перенос усилий в полосу 5-й ударной армии затронул также 4-й механизированный корпус. Ему было приказано "не позже 3.00 19.7.43 переправить части на зап. берег р. Миус". Далее предполагалось наступление в юго-западном направлении с задачей "совместно с частями 28 А окружить и уничтожить Куйбышевскую группировку". Таким образом, предполагалось обойти с фланга и атаковать в тыл противника, оказавшего упорное сопротивление 28-й армии. В 1943 г. советское командование уже проявляло достаточную гибкость, чтобы не пытаться упорно таранить прочную оборону на заранее определенных в плане операции направлениях. Соответственно механизированный корпус не вводился для решения не выполненной пехотой задачи, а должен был быть использован для обходного маневра. Конечно, такое решение имело свои недостатки: вместо ввода в бой на второй день операции двух механизированных корпусов в наступлении мог участвовать только один из них.
Однако вечером 18 июля командование Южного фронта все еще с оптимизмом смотрело в будущее. Заняв Степановку и Мариновку, 2-й механизированный корпус во второй половине дня продвигался далее на запад, заняв к концу дня Гараны и высоты 230,9 и 214,3 к запалу и северо-западу от Степа Новки. Задачей 2-го гв. механизированного корпуса на 19 июля стал прорыв к реке Крынка с целью воспрещения организации противником обороны на этом рубеже. Также предполагалось захватить плацдармы на западном берегу Крынки. Вслед за механизированным корпусом должен был продвигаться 13-й гв. стрелковый корпус, обеспечивая защиту правого фланга со стороны Снежного. Обоснованно считалось, что левый фланг будет обеспечен агрессивными действиями 4-го гв. механизированного корпуса. Назначенный первоначально для развития наступления южной ударной группировки 1-й гв. стрелковый корпус рокировался к Дмитриевке, оставаясь все еще не задействованным в наступлении.
Вечером 18 июля в распоряжение командования 6-й немецкой армии прибыло еще одно механизированное соединение - 23-я танковая дивизия. Вслед за дивизией прибывал штаб XXIV танкового корпуса Вальтера Неринга. Командующий группы армии "Юг" настойчиво рекомендовал Холлидту не бросать прибывшую дивизию в бой с марша. Манштейн советовал использовать прибывший резерв для подвижной обороны, стремясь выиграть время до рокировки из-под Белгорода танковых соединений СС. Однако уговори Манштейна сохранять хладнокровие не падали на благодатную почву. Оборона 6-й армии находилась в глубоком кризисе. Вклинение советской 5-й ударной армии окаймлялось З06-й пехотной дивизией на северном фасе и в центре, 1б-й панцергренадерской и 294-й пехотной дивизией в центре и на южном фасе. После неудачи контрудара 306-я пехотная дивизия неумолимо откатывалась назад от Степановки и высоты 213,9. Положение отходящих в беспорядке частей 294-й пехотной дивизии лишь в некоторой степени было стабилизировано занятием части полосы оборони мотопехотой 1б-й панцергренадерской дивизии. Единственным средством, хотя бы теоретически способным остановить советское наступление была 23-я танковая дивизия.
Наиболее гибким средством реагирования на возникающие кризисы была (и остается таковым до наших дней) авиация. Сообразно немецкой стилистике ведения оборонительных операций, она была широко задействована против советского наступления на Миусе. Имея на востоке сравнительно малочисленные силы ВВС, немецкое командование было вынуждено постоянно перебрасывать авиагруппы и эскадры между различными участками, усиливая одни и ослабляя другие. В сражении под Курском участвовали крупные силы ударной и истребительной авиации, стянутые с разных секторов советско-германского фронта. Это позволило добиться если не господства, то, во всяком случае, определенного преимущества в воздушном сражении над Курской дугой. Однако оборотной стороной медали стала необходимость раздергивать авиацию на парирование возникших в орловском выступе, под Барвенково и на Миусе кризисов. Ухудшение погоды в небе над Курской дугой позволило начать перегруппировку еще до начала советского наступления. В расположение войск 6-й армии начали прибывать авиасоединения с южного фаса Курской дуги. Одной из первых уже 15 июля прибыла III группа 3-й истребительной эскадры "Удет". На следующий день за ней последовали части II эскадры "Удета".
Усиление авиационной поддержки со стороны IV авиакорпуса заставило Холлидта не послушаться советов командующего группой армии "Юг" и в приказе войскам на 19 июля было предусмотрено немедленное использование прибывшей 23-й танковой дивизии.
После авиационной подготовки силами пикирующих бомбардировщиков дивизия должна была атаковать вдоль дороги Снежное - Мариновка. Задачей соединения был захват высоты 213.9, господствовавшей над советским плацдармом. Наступательную задачу также получила 16-я панцергренадерская дивизия. Она должна была контратаковать и отбить Степановку, нависавшую над осью наступления 23-й танковой дивизии. Фактически успех контрудара зависел от результатов атаки на Степановку, то есть лобовой атаки против вводившихся в бой соединений 2-й гв. армии. В случае неуспеха этой атаки 23-й танковой дивизии пришлось бы наступать под сильным фланговым огнем 7б-мм танковых и дивизионных орудий. Впрочем, и без этого 23-й танковой дивизии предстояло атаковать заслон 5-й ударной армии, выставленный в рамках первоначального плана операции Южного фронта. Этот заслон на северном фланге наступающей 2-й гв. армии образовывали дивизии 31-го гв. стрелкового корпуса. Срезание советского вклинения было непростой задачей, решить которую назначенными Холлидтом силами было практически нереально.

...

[ В начало страницы ]

Избранные иллюстрации



[ В начало страницы ]

(С) "Стратегия КМ". ------ Дизайн: Андрей ' Drew ' Городков.